Культ бессилия против классовой ненависти:

«левый» и правый оппортунизм глазами политзаключенного и историка

В газете «Коммунист» (06.05.2011) появилась статья И.Моисеенко «Многоликий экстремизм». Естественно, она привлекла мое внимание как входящего в «топ-десятку» левого «экстремизма» в Украине. Это отличный повод продолжить разговор, который я веду уже давно. И прежде всего потому, что критика, которая прозвучит ниже, касается как лично негаданно нарисовавшегося оппонента, так и тех вреднейших идеек, которые, как мыши в амбар, проникают в компартию. Причем появились они не сегодня и не вчера, просто Моисеенко набрался наглости озвучить их на все комдвижение Украины.

Сама по себе статейка вызывает только здоровый смех. Аргументов у «товарища» не хватает, разве только беседа с неким «экстремистом». В остальном он, перемешав в одну кучу левых и псевдолевых, подвел их под один знаменатель и вывел два «смертных греха» левых «экстремистов»: культ агрессии и вражду с КПУ. Обратимся к первому из них (о втором – особый разговор).

Сразу отметим, что по логике Моисеенко самой КПУ не надо было защищать памятники Ленину и Сталину от вандалов-бандеровцев, не надо мешать нацистским шабашам, тому же «дню создания УПА» (14 октября), и вообще не стоит «рыпаться». Получается, что и комсомольцы, которые готовят себя к таким испытаниям – «экстремисты», а главные «экстремисты» – лидеры КПУ, которые все это организуют. Мартынюк, тот вообще «суперэкстремист», так как употребил силу против мрази практически на виду у всей страны. «НКВДистские лапы» на горле депутата-националиста (и просто негодяя) Ляшко как раз добавили авторитета коммунистам.

Добавляют его и те атрибуты, которые любят леворадикалы и которые так ненавистны Моисеенко. «Кулаки, кастеты, дубины-биты, оружие – это атрибуты наших классовых врагов, захватчиков, поработителей, угнетателей, эксплуататоров». Надо полагать, восставшие рабы под предводительством Спартака встречали римских легионеров исключительно оливковыми ветвями?! А может быть, булыжник не был оружием пролетариата?! Или, может, солдаты Красной Армии победили гитлеровцев поцелуями?! Воображение так и рисует подобные картины, поскольку из данного опуса следует, что идеал «коммуниста» – или хиппи, или пассивный «голубой». И коммунист ли тот, кто навязывает подобные «идеалы»? Нет, мы не «ловим кайф» от насилия, оно не самоцель, а вполне адекватный ответ разной буржуазной сволочи, когда иные аргументы просто невозможны.

Оппортунизм Моисеенко подтверждается уже тем, как лихо он «припечатал» ЭТА и ФАРК. ЭТА, как и ИРА, в магистральном русле и представляют собой классические националистические движения. Но и в Испании, и в Ирландии были и есть левые, марксистские ответвления этих движений. ФАРК – колумбийские левые повстанцы, 30 лет ведущие гражданскую войну с полуфашистским проамериканским режимом.

Моисеенко клеймит «террористов», не разбирая правых и виноватых. Значит, автоматически оправдывает террор угнетателей и эксплуататоров, от латиноамериканских «эскадронов смерти» и британских вояк, расстреливавших мирные демонстрации ирландцев («Кровавое воскресенье» в Лондондерри) до «антитеррористической» оккупации Афганистана и Ирака. Вот это «коммунист»! «Гюльчатай, открой личико!».

Моисеенко требует немедленно открыть фронт организационной борьбы с левым «экстремизмом». Каким образом? Доносами, введением законов о «борьбе с экстремизмом»? Пусть тогда Моисеенко вспомнит судьбу других «борцов» с «экстремизмом» и «терроризмом». Я говорю о предателях, сдававших охранке и гестапо подпольщиков и партизан. Компартии подобных «борцов» нужно гнать из своих рядов поганой метлой. В России уже протащили «антиэкстремистский» закон, используемый прежде всего против левой оппозиции. КПРФ, однако, не опустилась до соучастия в его создании.

Другое дело, что часто «радикализм» есть ничем иным, как «понтами», причем дешевыми. И тут вполне уместно поставить таким «экстремистам» вопрос: что вы делали 14 октября? Или в любой другой момент острого противостояния с нацистами и прочими псами капитала? И такие вопросы должны задавать однопартийцы или те же леворадикалы.

И можно только приветствовать тех комсомольцев и молодых коммунистов, кто «качается», увлекается единоборствами, а потом противостоит стаям нацистов. Кто находится в гуще рабочих митингов и забастовок. Кто не боится отстоять авторитет и честь комдвижения, в том числе и в драке с нацисиами и прочей буржуазной сволочью. Как и тех леворадикалов, кто, пусть и критикуя КПУ, вместе с ней противостоит буржуазии и ее наемникам.

Левый радикализм – это не только агрессия, но и риск, готовность к самопожертвованию. Среди наших «экстремистских» действий были акции по вывешиванию красных знамен. Были комические случаи, к примеру, когда товарища закрыли на чердаке, а были и реально опасные дела. Как-то двое товарищей водрузили красное знамя на стреле башенного крана. Попробуйте прикрепить флаг в 50 метрах над землей! Зачем? Это символ того, что не все покорились денежному мешку, что кеогда-то красное знамя снова вернется!

А.В.Герасимов, политзаключенный