Смертная казнь через тюремную больницу

 

От ЦК ВДЗП: Раньше мы сообщали о судьбе бывшего политзаключенного по делу Одесских комсмольцев, проведшего от звонка до звонка 10 лет заключения в украинских застенках. Но всех освободившихся политзаключенных власти всегда держат «на крючке». И потому через несколько лет, воспользовавшись подвернувшимся поводом, по сути не имевшим признаков преступления, российский суд, да еще и военный, осудил Илью на новые 10 лет.

По прошествии 6 лет в тяжелейших условях мордовской колонии здоровье Ильи не выдержало, он перенес геморрагический инсульт, результатом которого стала парализация и потеря речи. Говорить о надлежащем медицинском уходе в тюремных условиях не приходится. Врач-невропатолог был допущен лишь спустя две недели после случившегося. И то только после обращений родственников Романова и правозащитников во все инстанции, включая Европейский суд. Состояние его не улучшается и не может улучшиться в таких условиях. После пикета в ноябре у Росздравнадзора была создана комиссия, которая подобрала лечение, лекарства, но даже эти назначения родным приходилось проталкивать с боем.

По закону больной с таким тяжелым заболеванием подлежит актированию (освобождению по состоянию здоровья), однако 4 декабря 2019 года «комиссия» МСЧ-13 в составе начальника, замначальника и одного врача отказала Илье в освобождении. В настоящее время защита Романова пытается добиться актирования через суд.

Однако 13 февраля с.г. суд по актировке политзаключённого Ильи Романова так и не состоялся!

Зубово-Полянский районный суд Республики Мордовии перенёс рассмотрение дела в Темниковский суд. Но новое рассмотрение даже не назначено!

18-19 февраля активисты Москвы (анархисты, Рабочий компас, РКРП, РСД, ЛБ) вышли с одиночными пикетами – 18 февраля к приёмной ФСИНа на Цветном бульваре, 19-го — к Управлению организации медико-санитарного обеспечения ФСИН в Кузьминках. На пикеты вышли и жена и дочь Романова.

Состояние Романова между тем уже на стадии необратимых процессов. Начался гипертонус мышц парализованной ноги, результатом которого может стать потеря способности ходить. В ответ на это тюремные представители вернули(!) медтехнику, необходимую для проведения массажа и ультразвуковой терапии парализованных конечностей.

Вряд ли можно ещё каким-то образом объяснить действия целого комплекса ведомств, кроме как специальным подведением Ильи Романова к смертельной грани. Это не поступок одного дня, одного неверного решения, это направленный залп мести, садизма в отношении политзаключённого. И это касается не только Ильи Романова. Сообщениями о судебных, тюремных преступлениях нынче завалены помимо профильных ведомств и журналисты, и правозащитники.

ФСИН, к которому были обращены протесты и надежды в эти дни не реагировал. Пришлось пикетировать, общаться с полицией, охраной, чтобы добиться разрешения для Ларисы Романовой передать обращение.

19 февраля в УОМСО ФСИН в Кузьминках к встрече с общественностью подготовились. Активисты пикетировали под присмотром — по обе стороны ФСИНа была подтянута полиция, охрана и некие граждане в штатском, которые развесили на ветвях деревьев небольшие видеокамеры, а после угрожали прессе и участникам пикета задержаниями.

Только после приезда представителей правозащитного сообщества – членов Московской Хельсинской группы обращение было с ними передано.

 Отзовётся ли ФСИН на все эти преступления?